|
· Проектный горизонт нашей «десятки»... — Он возится с крышкой нового контейнера, пытаясь открыть ее, и уже обычным, нудным своим голосом продолжает: — Принеси секач и кувалду. Кувалду и секач принеси...
 Спускается к нам Петро, прикидывает глазами расстояние до трапа, потом до другого контейнера, стоящего под стенкой, и, не сказав ни слова, уходит. Когда я возвращаюсь с кувалдой и секачом, он, подкатив одну за другой две пустые бочки из-под машинного масла, ставит их на попа между контейнерами, одним ударом кувалды вышибает шпильку замка, откидывает крышку — та с грохотом падает на бочки, образуя нечто вроде недостроенного моста. Петро проходит по нему па контейнер, прижатый к стенке—теперь его голова чуть ниже настила глиномешалки, — поворачивается К нам:— Ты будешь подавать мне мешки. Ты—принимать наверху.
В три пары рук мы опустошаем трехтонный контейнер за полчаса.
Бесшумно скользит по желобам потемневшая влага. Недвижен квадрат, и безмолвна лебедка. Только насосы стучат, не замирая, и раскачивается буровой рукав под толчками раствора.
— И все-таки пласт принимает, Петро,— говорит Гриша.
Бурение всегда тайна или таинство. Каждый сантиметр в глубь землина движение не через пространство, сквозь спрессованное время.
|
