|
Ничего мы не знаем. Для себя это нужно, не для обстоятельств, как бы ни назывались обстоятельства: читатели, слава, план, метры...
 Не уедешь ты никуда, Гриша,— уверенно говорит Шиков Ну, что ты, в самом деле? На Вовку Макарова, что ли, обиделся?Все равно уеду,— глухо говорит Гриша.
Шиков подходит к окну, вглядывается в темень.
— Пора на подъем идти. Что это Морозов тянет?
Ночью я несколько раз просыпался от форсированного рева дизелей и скрипа лебедки, но эти звуки были понятны, они успокаивали даже,— было ясно, что калязинская вахта вела подьем инструмента. Но дизели часто и надолго замолкали, и это тревожило: подъем идет медленно — почему? Потом стали доноситься глухие удары, и этот звук тоже легко читался: подъем закончен, грунтоноска повисла над ротором, и сейчас по ней колотяткувалдой, выбивая керн...
В девятьутра Шиков радостно сообщил, что каротижные испытания на тринадцатом номере прошли нормально, пласты ведут себя прилично. Вот и ладно. Сейчас там проработка скважины, после проработки забурятся. Тридцать два метра—и проект.
А нам до проекта еще метров четыреста...
|
