Все дело в растворе

·    При чем здесь вахта? — морщится Морозов.— Я проглядел. Точка. ·    Все дело в растворе,— говорит Гриша.— Разве там стенки? Они же поползли. Инструмент прихвачен — тут и говорить не о чем. ·    не каркай, Гриша,— отмахивается Шиков. ·    Все нам припомнится,— продолжает Гриша.— И то, что грубы, как дрова, волокли. И то, что... ·    Гриша,— говорит Шиков.— Допустим, ты прав. Ну, а что с того, что сейчас ты прав? Раньше думать на­до было... ·    Это ты мне говоришь? — Гриша поднимается.— Пошли, Виктор. Будем ловить инструмент. ·    Обойдусь. Точка. Поймать инструмент — заменить бракованную трубку и, спустив свечи до контакта с оставшимися на забое, навернуться осторожным вращением ротора — удалось относительно быстро, Но это ничего не дало. Гриша ока­зался прав: инструмент был прихвачен, сжат обвали­вшимися стенками скважины. Ствол перестал быть же­лобом для инструмента, а превратился в ловушку. Это уже авария, и Шиков настроил рацию, принялся вызы­вать «горку». База дала ряд уклончивых указаний: промыть скважину, пытаться освободиться, но нагрузок больших не давать и ротором, сохрани боже, не крутить...   Полоска тумана метра три высотою: фонарь сосед­ней буровой вышки виден, только когда стоишь на «по-гулянке». Балки размыты, их затопило сероватое моло­ко. Тени заиндевевшего вездехода и трактора мертво застыли у крайнего балка.