Как у саперов

Как у са­перов, которые провожают разведчиков в поиск. Их де­ло — обеспечить надежный проход через минное поле, а таинственный и опасный рейд, исчезновение или сла­ва — это уже другим, тем, кто идет следом и бесшумно растворяется в ночи. Но сейчас, сегодня нет другой бу­ровой на западном берегу Ямала — умолкла на полу­слове десятая, погибла тринадцатая. Осталась лишь на­ша, седьмая, и хочется, чтобы был результат, чтобы бы­ла удача. Это нужно не только нам — этого ждут па «горке», в Тюмени и Салехарде, Гиждунане и Грозном, в Москве и на Мысу Каменном. До проектного горизонта еще триста пятьдесят мет­ров, а масляная отметка застыла на уровне глаз. Зови Макарова, — говорит Гриша. Бегу к насосам, но Вовка и сам уже идет навстре­чу, деловито оглядывая мелеющие желоба; за ним, не отставая и не Обгоняя, степенно вышагивает Солдатик. Когда я рассказывал про тринадцатый, Вовка спросил: «А этому Григорьеву? - ему сколько лет?» И еще спро­сил: «Он гак и сказал? Так и сказал?» А Шиков за­метил: «Григорьев это Григорьев. У него имя, авто­ритет... Он кому угодно и что угодно скажет». Но Вовка Макаров заявил: «Если б он молчал всегда — не было бы у него ни имени, ни авторитета. Нет, с этим мужиком я пошел бы в разведку».— «Он и был развед­чиком. На фронте».— «Вот видишь!..» ·    Подъем?— спрашивает Вовка Макаров. ·    Пора менять долото. Кажется, в следующие шесть часов мы не сказали друг другу ни слова. Легкие руки Вовки Макарова, мелькающие на двадцатипятиметровой высоте, стара­тельные действия Солдатика, строгое изящество движе­ний Гриши в замкнутом пространстве от тормоза ле­бедки до пульта автоматического ключа, рваный ритм грохота дизелей, диктуемый стремительным ритмом подъема и короткими паузами, когда мы доливали сква­жину раствором, ровные шеренги труб на подсвечнике.